Неточные совпадения
Софийность мира имеет для твари различную степень и
глубину:
в высшем своем аспекте это —
Церковь, Богоматерь, Небесный Иерусалим, Новое Небо и Новая Земля; во внешнем, периферическом действии
в космосе она есть универсальная связь мира, одновременно идеальная и реальная, живое единство идеальности и реальности, мыслимосТи и бытия, которого ищет новейшая спекулятивная философия (Фихте, Шеллинг, Гегель, неокантианство).
Даже у тех русских, которые не только не имеют православной веры, но даже воздвигают гонение на православную
церковь, остается
в глубине души слой, формированный православием.
Шумский пришел
в церковь. Служба только что началась. Его поразил необыкновенный напев иноков Юрьева монастыря — они пели тихо, плавно, с особенными модуляциями. Торжественно и плавно неслись звуки по храму и медленно замирали под высокими его сводами. Это был не гром, не вой бури, а какой-то могущественный священный голос, вещающий слово Божие. До
глубины души проникал этот голос и потрясал все нервы.
В глубинах христианства заложена символика пола: христианство открывает мистику пола
в отношении Христа и Его
Церкви, Логоса и души мира.
Вот и сегодня. Ровно
в 16.10 — я стоял перед сверкающей стеклянной стеной. Надо мной — золотое, солнечное, чистое сияние букв на вывеске Бюро.
В глубине сквозь стекла длинная очередь голубоватых юниф. Как лампады
в древней
церкви, теплятся лица: они пришли, чтобы совершить подвиг, они пришли, чтобы предать на алтарь Единого Государства своих любимых, друзей — себя. А я — я рвался к ним, с ними. И не могу: ноги глубоко впаяны
в стеклянные плиты — я стоял, смотрел тупо, не
в силах двинуться с места…
Татьяна, чтобы рассеять несколько чувство дурноты и головной боли, навеянное спертым воздухом
церкви, отправилась вместе с Устиновым пройтись немного по деревянным мосткам, ведущим вдоль аллеи
в глубину кладбищенской рощи.
Напрасно Гекер сводит литургическую жизнь
церкви к внешнему обряду, к чему-то вроде суеверной магии, а то время как
в ней есть духовная
глубина, есть отображение небесной жизни, Учение Хомякова о
церкви, т. е. учение о соборности и свободе, представляется Гекеру утопией, которая нигде никогда не была реализована, только потому, что для него реальность исчерпывается эмпирической данностью, что он не способен понять существования идейного
в онтологическом смысле мира, который находится за миром эмпирическим, противополагается ему и вместе с тем действует
в нем.
В такую именно пору Валериан Николаевич Дарьянов прошел несколько пустых улиц и, наконец, повернул
в очень узенький переулочек, который наглухо запирался старым решетчатым забором. За забором видна была
церковь. Пригнув низко голову, Дарьянов вошел
в низенькую калиточку на церковный погост. Здесь,
в углу этого погоста, местилась едва заметная хибара церковного сторожа, а
в глубине, за целым лесом ветхих надмогильных крестов, ютился низенький трехоконный домик просвирни Препотенской.
Дом князя Прозоровского находился на Никитской, близ
церкви Вознесения. Он был, как большинство московских домов того времени, одноэтажный, деревянный. Главный корпус стоял
в глубине двора,
в середине которого, как раз перед домом, разбит был круглый садик с жидкой растительностью,
в описываемое нами время занесенный снегом.
У паперти Исакиевской
церкви остановились они. Дверь
в церковь была отворена;
в темной
глубине ее мелькала от лампады светлая, огненная точка. Молодая женщина взяла малютку с рук пестуна его, велела ему молиться и сама положила три глубоких земных поклона. Когда она встала,
в глазах ее блистали слезы. Потом вынула из сумочки, на поясе висевшей, свернутую, крошечную бумажку и три гроша и, отдавая их слуге, сказала...
Узнав от Марии Васильевны про поступок молодого Смоковникова, Введенский не мог не почувствовать удовольствия, найдя
в этом случае подтверждение своих предположений о безнравственности людей, лишенных руководства
церкви, и решил воспользоваться этим случаем, как он старался себя уверить, для показания той опасности, которая угрожает всем отступающим от
церкви, —
в глубине же души для того, чтобы отомстить гордому и самоуверенному атеисту.
Три совершенно разные картины открывались перед взором из этих окон, прорезанных
в толстых стенах и образующих как бы еще три маленьких комнатки, каждая
глубиною в два аршина. С одной стороны темный лес тянулся, теряясь на краю горизонта, целое море зелени, колеблемое порывами ветра; с другой — поля, луга и длинная серебристая полоса реки; наконец, посредине, на довольно значительном расстоянии, мелькали
церковь и избы села Покровского.
Но когда отпадает от
церкви и изменяет ей человеческое количество, человеческая масса,
церковь уходит
в глубину, делается более катакомбной и нельзя ждать от нее могущества
в исторических проявлениях.
Он смотрит на гроб, на
церковь, на людей и понимает все, понимает тем чудным проникновением
в глубину вещей, какая бывает только во сне и бесследно исчезает с первыми лучами света.
Но поп приходил, продрогнувший, но веселый, и снова от устья печки
в самую
глубину темной
церкви уходила багрово-красная полоса, и по ней тянулась черная тающая тень.
Я очень знаю, что
в глубине монастырей и
в тишине келий готовятся неопровержимые сочинения
в защиту
Церкви нашей.